История африканских сафари

В одном из недавних номеров Sports Afield Крейг Боддингтон писал, что история африканских сафари отсчитывается от экспедиции экс-президента США Теодора Рузвельта — то есть где-то с 1900 г. Эта точка отсчёта может показаться произвольно выбранной — ведь и до этого поездки на охоту в Африку, Индию и прочие экзотические направления были вполне распространены.

Первыми ездить на охоту в другие государства начали англичане. На стыке XVIII и XIX вв. плотность населения в Англии уже была слишком высока для естественного воспроизводства дичи, а интенсивные охотничьи хозяйства были лишь в зачатке. В этой ситуации почти безлюдные просторы гористой Шотландии, по которым бродили стада практически истреблённых в Англии оленей, выглядели особенно привлекательно. Популярности соседнего королевства способствовала вышедшая в 1804 г. книга Торнтона «Охотничий тур по северу Англии и Шотландии». А с сороковых годов XIX в., после того как королева Виктория и её муж принц Альберт начали регулярно проводить летние месяцы в поместье Балморал, поездки на охоту в Шотландию стали делом рутинным.

Развитие возможностей для охотничьего туризма было напрямую связано с Великой промышленной революцией. С одной стороны, она способствовала развитию путей сообщения. Если ещё в середине XVIII в. из Шотландии в Лондон быстрее было дойти пешком, настолько плохи были дороги, то уже к концу века дилижанс из Лондона в Эдинбург шёл всего несколько дней. А на подходе был и ещё более быстрый железнодорожный транспорт. С другой стороны, у богатых людей появилось свободное время. Помещик не может надолго оторваться от земли, тем более в разгар сбора урожая. Другое дело — человек, основной капитал которого размещён в акциях промышленных предприятий. Вопрос времени, тесно увязанный с транспортным вопросом, был одним из основных факторов, влиявших на распространение экзотических охот.

Первое африканское сафари, зафиксированное в литературе, совершил, очевидно, Корнуоллис Харрис во время двухлетнего оплачиваемого отпуска в Кейптауне для поправки здоровья, предоставленного ему в 1836 г. Ост-Индской компанией, в войсках которой он служил. Для чиновников и офицеров войск компании такие отпуска были обычным делом, здоровье очень многих отпускников чудесным образом поправлялось, как только корабль терял из виду берега Индии, а большинство из них были страстными охотниками. Однако в окрестностях Кейптауна крупный зверь был выбит голландскими колонистами ещё в XVII в., поэтому мысль снарядить по бурскому обычаю фургон и отправиться на север за слонами и носорогами приходила в голову многим. Возможно, Харрис был и не первым, кто воплотил это в жизнь, но он был первым, кто написал об этом книгу, которая вдохновила последовать его примеру многих британских охотников.

История африканских сафари

Формат этих поездок хорошо знаком российскому читателю по африканской трилогии Майн Рида. Основой путешествия был запряжённый волами фургон, который служил и домом, и складом. Самым распространённым методом охоты было преследование зверя верхом на лошади; стреляли также ночью у водопоев и реже скрадом. Видимое изобилие дичи и несовершенство оружия приводили к тому, что охотники разгоняли и подранивали больше животных, чем добывали. Для действительно успешной охоты требовалось обнаружить девственные угодья, поиск которых стал основной задачей южноафриканских сафари.

Эти охоты не очень соответствовали современному представлению о сафари как о развлекательной поездке за трофеями. Это были опасные путешествия в неведомые места, охотник был сфокусирован на добыче слоновой кости и прочих высоколиквидных продуктов охоты, а также торговле с местным населением. Подавляющее большинство участников таких сафари становились по сути профессиональными искателями приключений, для которых охота была не столько отпуском и развлечением, сколько делом всей жизни.

Объясняется это, в первую очередь, тем, что сафари середины XIX в. стоило невероятно дорого. Так, Гордон Роэлин Кам-минг, отпрыск одного из знатнейших и богатейших родов Шотландии, чтобы сэкономить на дороге, выхлопотал себе перевод в Капские конные стрелки и отправился в Африку за счёт королевы; к подобной уловке прибегали многие желающие испытать себя на экзотической охоте. Билетом до Кейптауна расходы охотника не ограничивались — тот же Камминг за пять лет странствий потерял лошадей и волов на сумму около пятисот фунтов (это порядка полмиллиона долларов в сегодняшних деньгах). Учитывая, что в Англии на охоту вообще традиционно смотрели с точки зрения прибылей и убытков, стремясь хотя бы свести последние к минимуму, желание компенсировать часть расходов добычей слоновой кости и т.д. было вполне естественным.

Торговля с местным населением не только служила той же цели, но и предоставляла охотнику своеобразный иммунитет от жадности местных владык, которые прекрасно понимали, что малейшая враждебность по отношению к одному купцу лишит их поставок европейских товаров в будущем. Ну, а географические открытия были своеобразным побочным эффектом -проникнув в такую местность, где до него не охотился никто из европейцев, охотник автоматически оказывался в ранее не описанной и не отмеченной на карте земле.

Основной мотивацией большинства южноафриканских охотников середины XIX в. — и Харриса, и Камминга, и Осуэлла, и Мюррея — была именно охота. Однако независимо от желания охотников даже чисто спортивные по замыслу сафари, как парусник ракушками, обрастали элементами промысла, торговли и открытий. Кроме того, в то время, когда внимание прессы и издателей было приковано к великим путешественникам — Ливингстону, Стенли и т.д., рассказы о «просто охоте», не содержавшие никакой новой географической, биологической, этнографической информации, считались как бы недостойными публикации. Тем не менее, некоторые свидетельства существования в те времена «чисто спортивных» сафари имеются.

История африканских сафари

Так, в записках Осуэлла упоминается некий молодой человек, отправившийся около 1848 или 1849 г. в Южную Африку. «Зачем?» — спросили его в Кейптауне. «Убить льва» — ответил тот. «И все?» «Да, если только убью льва, буду вполне доволен». «Так лучше дал бы владельцу зоопарка 200 фунтов и убил бы своего льва не выезжая из Лондона — и дешевле, и проще, и безопаснее бы вышло». Эти слова оказались пророческими. Незадачливый охотник, находясь в окружении дичи, не смог даже добыть достаточно мяса, чтобы прокормить своих слуг-негров, которые от него и сбежали. Его белый компаньон был убит крокодилом. Найдя ещё одного попутчика, он снова отправился в вельд, откуда живым уже не вернулся — экспедиция Осуэлла нашла только простреленный пулей череп.

Немного спокойнее прошло первое зарегистрированное в литературе VIP-сафари, с участием принца Альфреда, второго сына королевы Виктории. В I860 г., во время его визита в южноафриканские колонии (в рамках кругосветного похода фрегата, на котором в ранге гардемарина служил 16-летний принц), для него был организован сначала грандиозный загон в традиционном бечуан-ском стиле, во время которого было убито невероятное количество животных, а затем — охота на слонов. Отсутствие опыта в организации сафари привело к тому, что юному принцу пришлось выполнять обязанности гида, защищая от нападения раненого слона одного из следопытов, с чем Альфред справился прекрасно.

Но основной проблемой африканских сафари середины XIX в. было время. Одно только путешествие на паруснике от Британии до Кейптауна занимало два-три месяца в один конец. Не меньше времени уходило на «трек» до неосвоенных земель, где ещё сохранилась богатая охота. В целом, «от Лондона до Лондона» такое сафари занимало минимум полтора-два года — что сильнее всего препятствовало её широкому распространению. Типичный британский охотник того времени — бизнесмен, землевладелец, политик, отец семейства — не мог бросить всё и посвятить скитаниям по бушу несколько лет. Требовалось, чтобы на сафари уходило хотя бы порядка трёх месяцев.

Это стало возможным в последней четверти века, с развитием пароходного сообщения и постройкой Суэцкого канала. Характерно, что здесь тоже не обошлось без рекламы (невольной, конечно) с участием знаменитости. Речь идёт о высочайшем визите в Индию наследника престола, будущего Эдуарда VII, в 1875-1876 гг. «Де-юре» это была сугубо развлекательная поездка, значительная часть которой была заполнена самыми разнообразными охотами. «Де-факто» решались самые глобальные вопросы британской колониальной политики, в частности, признания королевы Виктории императрицей Индии. Поэтому к визиту принца было приковано внимание всего цивилизованного мира, и о мельчайших подробностях визита — в том числе, сколько тигров Его Высочество изволило подстрелить — непременно докладывала пресса. Можно легко себе представить, как это способствовало популярности экзотических охот.

Первым охотничьим направлением, открытым вместе с Суэцким каналом, стал Сомалиленд — территория, включавшая в себя современные Сомали и частично Судан с Эфиопией. Добраться до Адена, где останавливались забрать уголь и воду все идущие каналом пароходы, было вопросом двух-трёх недель, а дальше оставалось только переправиться через пролив — и вот она, Африка. Другим важным преимуществом Сомалиленда была возможность использовать для передвижения верблюдов и лошадей. Недостатком — непростая политическая ситуация, периодические конфликты между местным населением и колонизаторами, особенно в итальянской части региона. А также то, что, по договоренности с местными правителями, значительная часть территории была закрыта для посещения и охоты без специального пропуска, для получения которого требовались серьёзные связи.

История африканских сафари

Следом за Сомалилендом была открыта для охотников Восточная Африка. Преимущества этого региона нет нужды перечислять. Это и прекрасный (для Африки) климат, и отсутствие масштабных конфликтов с аборигенами, и открытая местность, на которой зверя легко высмотреть и добыть. Недостаток был по сути один — муха цеце, из-за которой единственным доступным транспортом был караван носильщиков. Максимальная продолжительность автономного передвижения при этом ограничивалась количеством припасов, которые носильщики могли унести на себе, и составляла приблизительно месяц. Более длительное путешествие было возможно, но сопряжено с дополнительными рисками и хлопотами по закупке продовольствия у местных племен. Большинству охотников, впрочем, месяца вполне хватало, тем более что всю поездку при этом можно было уложить в те самые три месяца.

С 80-х годов XIX столетия африканская охота становится делом вполне обычным, что хорошо прослеживается по литературе. Первые публикации об африканских охотах носили мемуарный характер и фактически не содержали советов другим охотникам. Но к концу XIX в. главы с рекомендациями по проведению сафари становятся почти обязательной частью африканских книг. В последние два десятилетия XIX в. издаётся и целый ряд практических пособий по экзотическим охотам. Так, «Бадминтонская библиотека спортсмена» — энциклопедическое издание, охватывающее весь спектр возможных развлечений на свежем воздухе от гольфа до парусного спорта — открывается томом, посвящённым отнюдь не традиционной британской охоте на фазанов и куропаток, а сафари в Африке.

Но самый большой толчок африканским охотам дала постройка Угандийской железной дороги, которая доставляла охотника в самые лучшие охотничьи угодья Африки за считанные недели, если не дни. Поездка облегчалась ещё и тем, что наиболее перспективные места были уже определены и описаны, было известно, в какую точку колонии лучше отправляться за куду, в какую — за слоном или львом. Охотники даже жаловались, что проводники водят одно сафари за другим натоптанными тропами и устоявшимися маршрутами, на которых дичи-то ещё много, но все лучшие трофеи уже взяты. Лицензии, серьёзно ограничивающие количество трофеев, окончательно определяли спортивный характер сафари.

По свидетельству Дж.Т. Мак-Катчеона, который охотился и собирал зоологические коллекции в Восточной Африке параллельно с Рузвельтом, в первое десятилетие XX в. именно продажа лицензий на охоту являлась основным источником дохода администрации колонии. Через Найроби проходило более сотни сафари в год — чиновники и военные даже жаловались, что иной раз не могут выехать по государственной надобности, потому что всех носильщиков подрядили охотники-спортсмены. Большая часть из 700 белых и 5000 африканцев, проживавших в Найроби на 1911 г., зарабатывала на жизнь в аутфит-терских компаниях или иным образом обслуживая сафари.

Аутфиттерские компании давали своим клиентам возможность сэкономить не только время и нервы, но и деньги. Охотник, закупающий всё необходимое на месте самостоятельно, часто вынужден бывал переплачивать вдвое и втрое, а при попытке, скажем, продать по окончании сафари «лишних» лошадей или волов выяснялось, что они вот именно сейчас даром никому не нужны. Аутфит-тер, постоянно присутствующий на местном рынке, имел здесь явное преимущество. Облегчался и подбор персонала. Уважающие себя работники (белые и чёрные одинаково), не горели желанием сопровождать в долгое и опасное путешествие первого попавшегося «бвану» (бвана (бу-ана) — господин (суахили) (прим. ред). «Бваны», со своей стороны, испытывали симметричное недоверие к местному населению. Аутфиттер решал эту проблему, выступая в роли своеобразного гаранта качества для обоих сторон — особенно, если в сафари участвовал проверенный профессиональный охотник.

На самом деле, именно изменение отношения к роли PH и было тем вкладом экспедиции Рузвельта, который окончательно сформировал современные сафари. До этого сафари, произведённое под руководством «белого охотника», считалось второсортным, так как он, во-первых, водит охотника туда, где раньше побывал сам, то есть без шансов открыть новые, неисследованные места, а во-вторых, берёт на себя всё руководство путешествием, превращая клиента в фигуру второго плана. После Рузвельта PH стал восприниматься как обязательный элемент сафари, подчиняться ему перестало быть зазорным, с выбора гида начиналась подготовка к поездке. Поэтому экспедиция Рузвельта, которая не только привлекла внимание всего мира к охоте в Африке, но и окончательно сформировала представления и ожидания потенциальных клиентов, отнюдь не случайно считается начальной точкой отсчёта истории африканских сафари.

TRIAL NEWS