Актер Семен Шкаликов о своей профессии

Актер Семен Шкаликов, новая звезда «Ленкома», о том, как сыграть Пушкина в стиле Тарантино.

У нас дома была тусовка — Миша Ефремов, Леша Серебряков, еще кто-то — и папа меня, шестнадцатилетнего, позвал, видимо, чтобы постебаться: «Кем хочешь стать, сынок?» — «Космонавтом». — «Ну и дурак, иди в актеры!» Несостоявшемуся космонавту Семену Шкаликову сейчас двадцать шесть. Его отец Сергей Шкаликов вместе с будущей женой Галиной Чуриловой, а еще с Мариной Зудиной и Алексеем Серебряковым в середине 1980-х поступил в гремевшую тогда «Табакерку». Потом вслед за Олегом Табаковым пошел во МХАТ, где играл Дон Жуана в «Маленьких трагедиях». Писал стихи, на один из которых «Чайф» сочинили знаменитую песню «Я рисую на окне». И умер в тридцать четыре года от сердечной недостаточности, спровоцированной лихим образом жизни.

«Я не выбирал профессию, — продолжает Семен Шкаликов. — Просто еще в школе захотелось довести до конца, дожить, доиграть то, что не успел отец. Я понимаю, что его образу меня в голове собирательный, ну и пусть».

В Шкаликове, у которого бархатный голос Жана Рено и тонкие аристократические пальцы, ни пафоса, ни надрыва. Спокойный, вежливый, искренний, чуть смущенный. Внимательно смотрит большими карими глазами, а потом вдруг прячет их под густыми ресницами, как скрывает иод недельной щетиной юношеские черты лица. «Я без бороды сразу лет пять теряю. А в спектакле «Королевские игры» в «Лейкоме» играю Генриха VIII, и щетина придает неопрятности, брутальности. Лично мне борода нужна была три года назад, когда я только начинал. А сейчас хоть в спортивных штанах короля играй», — без тени усмешки говорит Шкаликов.

Выпускник ВТУ имени Щепкина в «Ленком» пришел в 2009 году, сразу после диплома, но на первый план вышел только в этом году. В новом спектакле молодого и востребованного от Новосибирска до Риги режиссера Андрея Прикотенко «Донна Флор и два се мужа» Семен играет одного из мужей — бонвивана и кутилу, который разъезжает по сцене на мопеде. Еще он только что ввслся на главную роль графа Николая Резанова, которого некогда играл Николай Караченцов, в визитной карточке «Ленкома», рок-опере «Юнона и Авось».

«Есть в нем нерв, заразительность, обаяние, — говорит про Семена Шкаликова худрук театра Марк Захаров. — Он воплощает тип мужчины, на которого хочется положиться. У нас в спектакле этого ист, но я читал в книгах, что по дороге в Калифорнию на корабле был бунт, который Резанов подавил. Так что это должен быть сильный, волевой человек».

Актер Семен Шкаликов о своей профессии

За три десятка лет мюзикл Алексея Рыбникова из провокации, где не только пели и танцевали на западный манер, но и впервые выводили на сцену обнаженную женщину, превратился в классику, но по-прежнему заставляет зрительниц смахивать слезы. чтобы не испортить макияж, а их спутников — ровнее держать спину и выше подбородок. После Караченцова роль графа, отправившегося в XIX веке в Америку и влюбившегося в дочку местного губернатора, играли Дмитрий Певцов и Виктор Раков. Шкаликов стал самым молодым Резановым в истории самого легендарного спектакля Москвы.

Борода, конечно, добавляет мужественности, но готов ли актер играть последнюю любовь просоленного штормами и дворцовыми интригами мужчины к юной девушке? «А как играть любовь к Богоматери? — вопросом на вопрос отвечает Семен Шкаликов. — Не знаю, это или есть, или нет. Все актеры подкладывают иод роль что-то свое. Я могу думать про отца, говоря со сцены: «Милостивый государь мой!.. Кончина жены моей, новопреставленной Анны, составлявшей все блаженство дней моих…» Мы начинали разговор об этой роли два года назад, но тогда я чувствовал себя слишком легким, а сейчас будто оброс жилами и внутренней мышечной массой».

Жизненный опыт Шкаликов набирал не в тепличных театральных условиях, а в полевых киношных. «Бешеный график, проблемы с бюджетами, какие-то бытовые неурядицы, когда тебе после ночи в поезде предлагают отсняться, посидеть в кафе и вечером ехать обратно, — все это очень закаляет, — говорит Семен. — Мне кажется, что на неудачах и дискомфорте человек растет гораздо быстрее». За год он снялся в трех сериалах и фильме советского классика Александра Митты «Шагал — Малевич».

Все истории о разных эпохах. «Курьерский особой важности» Олега Фомина — о Первой мировой войне, картина Митты — о 1920-х годах, «Департамент» Армена Арутюняна — о современности. Небритый и слегка невы-спавшнйся Шкаликов всегда в погонах — контрразведка, ЧК, милиция. Кино видит его надежным защитником интересов державы, внутри которого, впрочем, тлеет конфликт вроде любви к жене Шагала Бэлле. Но Семен не хочет больше носить портупею: «Это был стартовый блок. Теперь я могу выбирать роли п думать только о высоких материях. И больше — о театре».

Актер Семен Шкаликов о своей профессии

Актер не бывает в клубах, живет на даче и бегает по утрам с собаками. В Москве по вечерам ходит с девушкой Дашей, начинающей актрисой, в театры п консерваторию. Любит Владимира Сорокина и Карла Густава Юнга, Эми Уайнхаус и босанову, потому что вырос на авторе «Девушки из Иианемы» Антониу Жобине. Пижонство у него от отца, а вот вкус другой: «Папа любил в одежде небрежность и свободный крой, а я мечтал бы одеваться как американский мафиози в тридцатые годы: костюм-тройка, подтяжки, шляпа. В институте я так и ходил, был похож на городского сумасшедшего, >1 познакомился с главным мастером на фабрике Grishko, и он шил мне на заказ штиблеты цвета слоновой кости с коричневым носом. Сейчас я ото всего этого отошел, но по-прежнему люблю, чтобы рубашка и брюки хорошо сидели. И ничего, если не в каждой рубашке удастся руку высоко поднять — может, и не надо подн и мать-то?»

В июне главный театральный ньюсмейкер этого сезона режиссер-постмодернист Константин Богомолов выпускает в «Ленкоме» «Бориса Годунова», где Семен играет князя Курбского и еще нескольких персонажей. «Мы ставим Пушкина как Тарантино. Константин хочет, чтобы мы играли как в «Бешеных псах» или «Убить Билла» — смешно и серьезно одновременно. Уверен: папа эксперимент одобрил бы».

TRIAL NEWS