Путешествие по Северной Осетии на автомобиле

Верные читатели, конечно же, помнят, что про Северную Осетию мы в свое время писали. Тогда нас поразила необычайно высокая концентрация памятников истории, архитектуры и природы на территории республики, площадь которой в несколько раз меньше Московской области. Поэтому давайте снова отправимся на Кавказ, помня о том, что именно внедорожник позволит путешественнику не ограничивать себя при знакомстве с его тайнами, которые хранят горы.

Для путешествия из серии Master Winch Expedition в Северную Осетию был выбран проверенный Mitsubishi L200, оборудованный силовым обвесом ARB, внедорожными шинами I Digger, лебедкой, естественно, марки Master Winch (модель X 9500), шноркелем Safary, защитой двигателя и КПП «Шериф». Экипаж был семейным. Постоянным пилотом-штурманом был ваш покорный слуга, «вечным пассажиром» — сын, а супруга, племянники и племянница-временными участниками путешествия.

Эта экспедиция в Северную Осетию была самой продолжительной из всех моих поездок в республику. Нашим базовым лагерем стал небольшой домик в поселке Урикау в долине реки Фиагдон. Отсюда мы почти ежедневно совершали вылазки в ближние и дальние окрестности. Хотя горная часть республики из конца в конец занимает всего 120 км, даже поездка на небольшое расстояние из-за сложного рельефа местности и суровых погодных условий может занять целый день.

Большая часть неизбитых исторических и природных памятников Северной Осетии находится недалеко от границы с Грузией. Перед въездом в пограничную зону нужно оформить специальные документы. Пропуск на все приграничные участки сразу можно сделать в Пограничном управлении ФСБ РФС по РСО-Алания во Владикавказе. Можно оформлять пропуск в каждую приграничную зону отдельно на заставе, непосредственно при въезде в нее. Как ни странно оформление «на месте» намного быстрее и проще. Всего за полчаса можно получить доступ ко многим интереснейшим достопримечательностям.

Путешествие по Северной Осетии на автомобиле

ХИЛАКСКОЕ УЩЕЛЬЕ. ВОДНЫЕ ПРОЦЕДУРЫ
Не зря говорят: «Вода — это жизнь». Ну, а лечебная минеральная вода, наверное, жизнь вдвойне. Может, именно поэтому первое место, которое мы решили посетить, был источник в Хилакском ущелье. Его вода относится к типу Кармадона. Она почти не газированная, зато богатая солями железа. Через несколько часов соли выпадают в густой осадок.

Хозяин нашего домика дал нам в дорогу пустые бутылки. «Два раза через реку и после трубы налево до упора» — подсказали пограничники, когда мы спросили их, как лучше добраться до места. Дорога до Хилаксого источника оказалась отличной. Омрачили наш путь только два момента. Во-первых, не повезло с погодой — дождь лил как из ведра. Во-вторых, дорога вышла существенно длинней, чем мы думали, — «после трубы» мы проехали еще около пятнадцати километров.

Мы забирались все выше и выше, проезжая мимо заброшенных сел, святилищ Зариновых и уникальных оборонительных стен. Дождь то затихал, то начинался с новой силой. В прорехах тумана виднелись запорошенные снегом горные склоны. Скоро он заскрипел и под колесами машины. И это несмотря на то что лето было в самом разгаре.

Наконец, мы въехали в «водный мир». Вода была везде. Вдоль дороги текла река Бугультадон, так в верховьях называется Фиагдон. По склонам бежали многочисленные ручьи. С неба лил дождь. Мы осилили еще один подъем, и среди покрытых рыжим налетом камней наконец показалась пара тоненьких шлангов. Это и был Хилакский источник.

После «водных процедур» мы отправились смотреть местные достопримечательности. В этой небольшой части Куртатинского ущелья находятся остатки двух заградительных стен — Бугуловской и Гутиевской. Бугуловская стена — самое большое древнее сооружение в Северной Осетии. С этим укреплением связана интересная легенда. Ее записал декабрист B.C. Толстой, служивший в этих местах. «Ахсинбадан» (замок княгини) осадил пришедший «со стороны снеговых гор витязь с многочисленной ратью». Он прослышал про красоту девицы, обитавшей в верхней башне, и решил ее добиться. Осада долгое время была безуспешной. Но тут на сцену вышла местная «Елена Троянская». Видимо, девушка была не прочь сдаться в плен и решила помочь осаждающим. В окне башни она вывесила свои шаровары, и витязь догадался, что обе штанины указывают направление на секретные пути. Осаждающие воспользовались подсказкой и вскоре уже пробирались к замку по выдолбленным в стене ступеням. Утренний штурм воплотил мечты пары о личном счастье.

Путешествие по Северной Осетии на автомобиле

Гутиевская стена, которая находится в окрестностях селения Гутиатыкауа, сохранилась гораздо лучше, хотя и обветшала со временем. Легенд о ней тоже было сложено немало. Одна из них подозрительно похожа на легенду о Бугуловской стене. Несмотря на обилие фольклора, до сих пор доподлинно неизвестно, когда стены построены, кем были их защитники, и от кого они оборонялись.

КУРТАТИНСКОЕ УЩЕЛЬЕ. БОГОМАТЕРЬ, НАРТЫ И КОСМОС
Древняя земля Куртатинского ущелья, так еще называют долину Фиагдона, очень богата событиями прошлого. Согласно нартскому эпосу у нартов — героев эпоса, в селении Лац был ны-хас-место собраний старейших. Мы несколько дней колесили по селу в поисках знаменитого «чашечного» камня легендарного народа нартов. В литературных источниках очень расплывчато описано, где именно он находился, а местные жители толком не понимали, о чем вообще мы их спрашиваем. Следовик (так еще называют «чашечные» камни) мы все же нашли, но в очень неожиданном месте. Кто-то оставил его на груде камней, у развалин башни. Некоторые ученые считают, что ямки и углубления в камне — это зашифрованная карта звездного неба или календарь. По другой версии, описанной в нартском эпосе, камню отводится роль судебника.

Суд происходил так. Провинившийся нарт кидал деревянный шарик. Потерпит он наказание или нет и каким оно будет, зависело от того, в какую лунку угодит шарик. Попал в одну — нужно принести в жертву барана или организовать праздничный пиркувд. Попал в другую — собирайся в изгнание. Были и такие лунки, куда точно не стоило попадать, а уж если попал, то прощай «буйна головушка»: суд богов вынес смертный приговор.

А вот четырех вертикальных камней, которые нарты когда-то поставили как пограничные столбы от горных великанов уаигов, мы так и не нашли. Видимо, время оказалось сильнее огромных чудовищ и уничтожило некогда неприступные сооружения.

Небольшая Церковь Рождества Пресвятой Богородицы, расположенная около селения Харисджин, — свидетельница куда более близкого, но не менее интересного прошлого. Она приютилась на высокой скале, прямо около боевой башни. Из-за такого соседства она и получила свое второе название — Церковь Верхней Башни или «Уалмасыг дзуар» по-осетински.

В этой неприметной обители много лет хранилась чудотворная «Моздокская» икона Богоматери. По преданию она была подарком осетинским христианам от грузинской царицы Тамары. Икона прославилась многочисленными чудесами. Например, церковь, в которой хранилась икона, горела три раза, но сама святыня не пострадала ни в одном из пожаров. Каждый раз после пожара икону находили недалеко от церкви.

Путешествие по Северной Осетии на автомобиле

Моздокская Богоматерь пережила нашествия Чингисхана и Тамерлана,возврат к языческим верованиям и проповедь ислама. После принятия русского подданства и начала переселения горцев на равнину куртатинцы взяли икону с собой. В 1797 году, в Моздоке, для нее была построена Успенская церковь. Однако к старому горному храму, в котором когда-то хранилась чудотворная икона, до сих пор не иссекает поток паломников. По крутой горной тропке пожилые и молодые люди карабкаются вверх, чтобы помолиться в древних стенах Церкви Верхней Башни.

Рядом с Рождественской церковью расположена другая христианская святыня — Аланский Свято-Успенский мужской монастырь. Он одновременно самый южный и самый высокогорный в России. Монашеская обитель построена на выезде из поселка Фиагдон. На въезде в поселок стоят свидетельства совсем другой эпохи: позолоченный Сталин свысока смотрит на первый памятник вождю мирового пролетариата — скромный каменный монумент с надписью «В.И. Ленин 1924». Между вождями и церквями стоит каменный цырт, над которым склонил голову понурый бронзовый конь. Это памятник воинам-куртатинцам, погибшим в Великой Отечественной войне.

Долина Фиагдона — одно из немногих мест в горной Осетии, где жизнь не теплится, а кипит. Благодаря транспортной доступности и богатому историческому наследию Куртатинское ущелье прочно вошло в экскурсионные программы. Сюда возят группы туристов, отдыхающих на Минеральных водах. А из-за уникального климата, который так полезен астматикам, ущелье стало всероссийской здравницей. Желание поправить здоровье и близость к Владикавказу притягивают сюда не только временных жителей, но и постоянных «дачников». Знаменитый «открыточный» вид покинутого селения Цмити, которое возвышается над Фиагдоном, теперь можно увидеть только в просветы между заборами коттеджей «новых осетин». Уникальный ландшафт, к сожалению, практически утерян.

МИДАГРАБИНСКОЕ УЩЕЛЬЕ. ВОДОПАДЫ И МЕДВЕДИ
Когда-то через Куртатинское ущелье проходил караванный путь. Теперь из Фиагдона в соседние Алагирское и Кобанское ущелья ведут дороги разной степени асфальтированности и размытости. От Верхнего Фиагдона можно добраться в некогда знаменитый на весь Советский Союз «город мертвых», расположенный около селения Даргавс. Здесь находится еще одна «широко известная в узких кругах», достопримечательность — Большой Зейгеланский водопад, который входит в десятку высочайших водопадов мира.

Путешествие по Северной Осетии на автомобиле

Дорога до «города мертвых» и водопада оказалась размыта дождями. Но следы, похожие на елочку Silverstone, пересекали реку в обход смытого моста и скрывались на противоположном берегу. Чуть дальше смытым оказался значительный отрезок дороги. И хотя следы шли дальше, я решил не рисковать. Весь наш экипаж под проливным дождем вышел из машины и двинулся в горы. Дорога скоро превратилась в скользкую от воды каменную осыпь. Мы уже пожалели, что покинули уютный автомобиль, но вид, открывшийся перед нами в конце этой тропы, стоил потраченных усилий.

«Столько могучей красоты в грохоте водопада, в голубых струях горного потока, в яркой раскраске скал, что как-то обидно сознавать, что все это пропадает для большинства людей, вольно или невольно прикованных к душным городским улицам и настолько заморивших в себе потребность в впечатлениях нетронутой природы, что самый восторг перед ней вызывает у них лишь снисходительную улыбку». Лучше известного русского путешественника позапрошлого века В.В. Сапожникова об этом месте и не скажешь.

Обратный путь был еще сложнее. Вдруг мой племянник задал неожиданный вопрос: «Водятся ли здесь медведи?». Я уверил малолетнюю команду, что медведей здесь нет, но тут ветер донес до нас резкий животный запах. На обратном пути мы проезжали пограничный пост. Перед тем как попрощаться с пограничниками, я спросил их, есть ли здесь косолапые.

Я ожидал снисходительных улыбок, но в ответ услышал: «Конечно, есть!» Уже потом, в музее природы во Владикавказе, мы узнали, что в этих местах обитают целых два вида медведей. Но, видимо, для нашего душевного спокойствия сотрудница музея заверила, что летом медведи избегают встреч с человеком. Насчет того, что бывает зимой, она тактично промолчала.

ДАРГАВСКОЕ УЩЕЛЬЕ. СКЛЕПЫ И ГОСТЕПРИИМСТВО
Огромный склеповый могильник у селения Даргавс видел, наверное, каждый, кто приезжал в горы Северной Осетии. Видимо, из-за известности этой достопримечательности она единственная в горной части республики, за посещение которой нужно платить. Правда, билеты стоят символических денег, а кассира на месте может и вовсе не оказаться. Когда мы приехали, его как раз не было. За порядком следили две здоровенные кавказские овчарки. Выглядели они грозно, но на деле оказались добродушными, да еще и не взяли денег за вход.

Над склепами возвышается башня Мамсуровых. С обдуваемой всеми ветрами верхней площадки башни открывается удивительно красивый вид. Стоя наверху, можно представить себя дозорным, зорко глядящим, не крадется ли коварный враг из соседнего села.

Мы уже были в Даргавсе, поэтому в этот раз решили проехать вглубь ущелья Гизельдона, чтобы увидеть склепы у села Хуссар Хинцар. Добраться до них сразу нам не удалось — дорога оказалась перегорожена забором. За ним был огромный участок с современным деревянным домом посередине. Это довольно необычное зрелище для Осетии, где почти все дома каменные или кирпичные. Пока мы искали обход или калитку, со стороны дома к нам подъехал молодой парень на квадроцикле. Сначала он разговаривал с нами довольно холодно. Но после того, как увидел детей и немного пообщался со мной, он растаял и даже подсказал, как лучше добраться до памятников. Напоследок парень напомнил нам, что следует уважать покой мертвых.

Мы прошли через сад и оказались у самого подножия скал. Справа высились развалины галуана (замка) Мамсуровых. По другую сторону расположились могильные склепы. Дети в этом месте чувствовали себя неуютно. Не знаю, что на них повлияло. Может, долгая дорога, а может, эти склепы выглядели гораздо реалистичнее своих отреставрированных собратьев в Даргавсе. Долго мы здесь не стали задерживаться.

Вернувшись к машине, обнаружили рядом с ней уже знакомого нам парня. Совершенно неожиданно он пригласил нас в гости. Еще когда мы смотрели склепы, я обратил внимание, что у дома полно людей и машин, а на улице стоит большой стол. Причин отказаться от приглашения я не видел, к тому же дети проголодались. Единственное, что смущало, так это автопарк, стоящий на участке, — сплошные дорогие черные джипы.

Путешествие по Северной Осетии на автомобиле

Хозяева встретили нас очень радушно и гостеприимно. Не успели мы сесть за стол, как мне сказали: «Мы не спрашиваем, кто вы такие». Подразумевалось, что и мы лишних вопросов тоже задавать не будем. Стол ломился от пирогов, шашлыков и солений. Водка лилась, как вода. Невзирая на это, атмосфера была очень добродушная. Если кто подумал, что я «употреблял»,спешу разочаровать. Я не выпил ни капли, хотя отказаться было очень трудно. Уговаривали меня долго. Началось все со слов: «Выпей хотя бы одну рюмку», потом мне сказали: «Начальник ГАИ здесь, с нами», а в итоге предложили даже остаться ночевать. Но я так и не согласился.

Разговоры за столом велись очень разные. Например, владелец дома поведал мне историю своей фамилии, поделился планами по возрождению родового гнезда. Уже вечерело, когда мы попрощались с гостеприимными хозяевами. Из-за наступающей темноты экскурсию к расположенной совсем рядом «башне кровника» пришлось отложить. Несмотря на это, мы все равно вернулись на «базу» затемно.

АЛАГИРСКОЕ УЩЕЛЬЕ. БАШНИ, ЛЫЖИ, ТУМАН И ШПИОНЫ
Следующим местом, которое мы посетили, был район будущего туристического кластера в Мамисонском ущелье. Он тоже расположен в пограничной зоне, и пока для посещения этого места тоже необходим специальный пропуск. Его оформление не занимает много времени, но все равно создает дополнительные трудности для туристов. Поэтому, когда курорт откроют, пропускной режим будет отменен.

Через Мамисонское ущелье проходит бывшая Военно-Осетинская дорога. Вдоль нее расположено огромное количество памятников старины. Эти места долгое время были недоступны для гражданских лиц, поэтому о достопримечательностях Мамисона мало кто знает.

Здесь, например, расположено заброшенное селение Лисри — самое «башенное» в Осетии. На стенах некоторых башен сохранились петроглифы — высеченные изображения на камнях, которые до сих пор не могут расшифровать. Правда, найти их очень сложно. Спросить не у кого, а данные из «литературных источников» совершенно не помогают сориентироваться на местности.

На кладбище у селения Згил стоят древние каменные кресты и стелы. Интересно, что они необычайно похожи на точно такие же памятники у селения Кевселт в Южной Осетии. В соседнем селении Тли есть старинная церковь — близнец знаменитого Зругского храма. И конечно башни, башни, башни.

Единственный минус — отсутствие людей на этих огромных по горным меркам пространствах. Особенно неуютно от этого стало у памятника уроженцам сел Тли и Клиат, погибшим в Великой Отечественной войне. Одинокий монумент расположен на самом краю утеса, около некогда оживленной дороги. Памятник выглядит ухоженным: развиваются флаги, лежат свежие венки. Но рядом с ним остались только покинутые дома, заросшее высокой травой кладбище и разрушенный временем храм. Места, за которые когда-то сложили головы солдаты, давно опустели. Теперь здесь живут только дорожные строители, обслуживающие газопровод рабочие и пограничники.

Путешествие по Северной Осетии на автомобиле

Мы ездили в Мамисон несколько раз. Во время одной из поездок мы посетили небольшое ущелье реки Льядон. Река берет свое начало недалеко от селения Нар, где родился основоположник осетинской литературы Коста Хетагуров, «Леонардо Да Винчи осетинского народа». Дорога забиралась все выше и выше. Полуживые села сменялись совершенно опустевшими, пока вдалеке не показались развалины последнего на этом пути села-Тапанкау. После него дороги больше нет-только горы и пограничники.

В Тапанкау я в очередной раз убедился, что наши границы на замке. Около одного из домов ко мне подошел уже немолодой местный житель и вначале будто невзначай, а потом достаточно настойчиво стал интересоваться, кто я и откуда. Когда я спросил, зачем он все это выспрашивает, он с обескураживающей простотой ответил:« А, может, ты грузинский шпион?». Видимо, не зря говорят, что половина гражданского населения приграничной зоны — внештатные пограничники.

Осетия — настоящая республика контрастов. Путь в будущий горнолыжный рай -«Мамисон», который должен стать зимним курортом мирового уровня, проходит по печально известной своими регулярными лавинами трассе ТрансКАМ. Рядом с огромным рукотворным морем Зарамагской ГЭС находят- ся корпуса брошенного на заключительной стадии строительства санатория «Тиб». 1/1 так везде — новые «стройки века» соседствуют с заброшенными объектами времен позднего СССР. Есть и не очень удачные попытки реанимировать старые проекты. Советская горнолыжная Мекка — курорт Цей, несмотря на новые подъемники и современную технику, остается совершеннейшим «совком» в плане сервиса и инфраструктуры. Пока Цей похож на альпийские курорты только высокими ценами на горнолыжное катание.

Недалеко от Цея находится святилище Ре-ком. Мы посетили не только его, но и поднялись к селам Цейского ущелья — Нижнему Цею, Абайтикау и Хукали. К сожалению, сплошной туман очень долго не давал нам как следует рассмотреть окрестные пейзажи. Но когда он рассеялся, перед нами появлялось село со старинными башнями, и вдруг оказалось, что дорога идет по самому краю пропасти. Но вскоре туман снова накрыл нас своим покрывалом, и только приглушенный лай собак подсказывал, что в этом белом молоке есть жизнь.

Потом мы вынырнули из туманного облака в освещенный ярким солнцем сосновый лес. Именно здесь я чуть не положил на бок машину из-за того, что слишком сильно взял в сторону, пропуская идущую на подъем «Ниву».

Все обошлось, хотя снаряжение свалилось на дверь, а дети повисли на ремнях безопасности. Я прижимался к горной стороне, а не к склону, но все равно поставить машину на колеса оказалось затруднительно.

УРСДОНСОКОЕ УЩЕЛЬЕ. КРЕПОСТЬ И ТУЧИ
Продолжая поездки к малопосещаемым достопримечательностям, мы отправились на штурм Урсдонской пещерной крепости. Только мы начали подъем к ней, как над расположенным рядом Дагомом вдруг повисла иссиня-черная туча. Попасть в грозу очень не хотелось, но мы не отступили. Приближающаяся непогода заставила нас двигаться быстрее. Единственное ,из-за чего мы постоянно останавливались, -это сумасшедшей красоты виды! Крепость мы, в конце концов, покорили, но я до сих пор не могу понять, как ее штурмовали захватчики. После подъема тут не то что мечом махать, тут фотоаппарат поднять сил нет!

Путешествие по Северной Осетии на автомобиле

Когда начали спускаться, тучи на небе уже рассеялись. Зато на нас стала надвигаться другая, живая «туча». К нам стремительно приближалось стадо коров. Сами по себе коровы, конечно, совсем не страшные, но вот собаки, которые их охраняют, могут и покусать. Но и эта «беда» нас миновала. Только маленький щенок увязался за нами до самой машины. Он был очень трогательный, и мы накормили его всякими вкусностями.

САДОНСКОЕ УЩЕЛЬЕ. СТАЛКЕРСКИЙ КРАЙ
Погода в горах меняется мгновенно. Дождь и солнце, ветер и полный штиль с огромной скоростью сменяют друг друга. Небольшой ручеек может неожиданно и без видимой причины стать полноводной рекой. Всем известен катастрофический сход ледника Колка, унесший больше ста человеческих жизней, в том числе и съемочную группу Бодрова-младшего. Но мало кто знает, что в том же 2002 году, взбесившаяся река Садонка смыла шахтерские поселки Садон и Галон. Сам Садон и его окрестности, наверное, самое тяжелое зрелище в горной Осетии. Даже остатки Колки не производят такого гнетущего впечатления. То, что не смогла разрушить стихия, довершил экономический кризис. В поселке путника встречают пустые глазницы домов, черные провалы шахт, оборванные ЛЭП, разбросанное горнодобывающее оборудование… и тишина. Бродя по пустым улицам Садона, чувствуешь себя последним человеком на земле.

Но и здесь есть свои «сталкеры». Непонятно, что они делают в брошенном городе, но то тут, то там на многоэтажный дом приходится пара жилых квартир. Их обитатели, как настоящие жители постапокалипсического мира, не горят желанием встречаться с незнакомцами. А ведь когда-то даже была песня: «Шахтеры Садона, шахтеры Садона, эй, простые ребята, славой богаты…».

В селении Верхний Згид, которое расположено выше по ущелью, даже «сталкеров» единицы. Процветающий в середине прошлого века горняцкий поселок официально был признан непригодным для проживания, и власти некоторое время пытались реализовать программу по переселению местных жителей. Но, как водится, программы буксуют, переселенцы скитаются по друзьям-родственникам на равнине, а оставшиеся в поселке жители выживают среди пустых домов, руин цехов и сломанного оборудования.

ПРЕДГОРЬЯ. ВОДЫ И КРЕСТ
Во время поездки мы не только знакомились с достопримечательностями, но и не забыли о здоровье. На выезде из Алагирского ущелья, в поселке Биранзаг, есть термальный бассейн с минеральной водой, которая поступает туда прямо из источника. Несколько часов посещения стоят 100 рублей. Сервис и условия незатейливые, но после целого дня, проведенного в горах, от погружения в горячую, густую воду получаешь огромное удовольствие.

Мы не успели посетить все места, которые запланировали, но, даже покидая территорию республики, мы все-таки посмотрели еще один уникальный памятник. Почти на границе Северной Осетии и Кабардино-Балкарии, у селения Заманкул, посреди поля стоит каменный крест. Кто, когда и для чего его поставил, остается загадкой. Ученые выдвигают на этот счет разные версии, но ни одна из них пока не нашла подтверждения. Наполовину вросший в землю крест не раскрывает своих тайн. Многие века он смотрел на тысячи людей: на местных жителей и путешественников, на завоевателей и защитников, на ученых и простых обывателей, привыкших к нему, как к детали ландшафта. Светило солнце, ветер шевелил густую траву, паслись коровы, а равнодушный каменный крест возвышался над этим, как и тысячу лет назад.

Путешествие по Северной Осетии на автомобиле

Более двадцати дней мы колесили по Северной Осетии. Видели перевалы, древние башни, заброшенные села, бурные реки, кристальной чистоты водопады и непередаваемую красоту гор. Общались с людьми, теми самыми «страшными» кавказцами-хозяевами гостиницы и соседями, монахами в монастыре и экскурсоводами в музее, полицейскими и пограничниками, крестьянами и профессорами (рядом с нами была дача профессора филологии, ученого с мировым именем Тамерлана Александровича Гуриева). Местные жители разные, как и мы с вами. Они тоже радуются и грустят, работают и веселятся, хотят здоровья родителям, счастья детям, спокойной жизни себе и близким. Так же как где-то в российской глубинке или в огромном мегаполисе. И пусть они чуть-чуть отличаются от нас, но эти различия не должны нас пугать и мешать понимать друг друга.

«Эти хребты нам сулили и радость и беды, Издалека звали нас, чтобы мы их прошли. Эти снега нас не раз приводили к победам, А иногда приводили от дружбы к любви». Это слова из песни Юрия Визбора «Цей-ский вальс». И как человек, прошедший путь «от дружбы к любви», рискну позвать читателей отбросить «городские химеры» и приехать в Северную Осетию и лично услышать «Аегас цу Ирыстоны на жынарх амбалты!» — Добро пожаловать в Осетию, друзья!

TRIAL NEWS